Главная
/
Иммунитет
/
Ответы на частые вопросы об иммунитете, вакцинации и комбинациях вакцин от COVID-19

Ответы на частые вопросы об иммунитете, вакцинации и комбинациях вакцин от COVID-19

В вопросах вакцинации от COVID-19 и её вариантах, формировании Т- и В-клеточного иммунитета, необходимости ревакцинации и других моментах, связанных с коронавирусной инфекцией, разбирался Дмитрий Чудаков, руководитель Института трансляционной медицины (Российский национальный медицинский университет имени Н.И. Пирогова), доц. (Сколтех), руководитель лаборатории геномики противоопухолевого адаптивного иммунитета (Приволжский исследовательский медицинский университет), а также учёный, который в течение последних 10 лет занимается исследованиями адаптивного иммунитета.

Доклинические исследования

Ситуация с COVID-19 и вакцинацией сложная, много шума и мало простых ответов. Дмитрий Чудаков представил своё видение ситуации в вопросах и ответах.

1. Каких эффектов мы ждем от вакцин — зачем вакцинироваться?

Мы ждем двух разных эффектов и в разной степени добиваемся обоих:

А. Защита от тяжелого течения заболевания. Такая защита формируется за счет продукции антител плазматическими клетками (в том числе долгоживущими), формирования В-лимфоцитов памяти (способных произвести новые антитела, а также доточить их напильником в случае прихода новых вариантов эволюционирующего вируса), формирования клонов цитотоксических Т-лимфоцитов (убивают зараженные вирусом клетки) и Т-лимфоцитов хелперов (помогают быстро сформировать Т- и B-клеточный ответ при повторной инфекции). Отчасти также, возможно, за счет долговременной настройки врожденного иммунитета (но это не точно).

В. Защита от инфекции как таковой – т. е. ситуации, когда вирус проник и активно размножается в наших клетках. Позволяет достичь высокого уровня популяционного иммунитета и остановить распространение вируса.

Такая защита, видимо, достигается только высокими титрами нейтрализующих антител (не дают вирусу инфицировать) и высокой концентрацией антиген-специфичных цитотоксических Т-лимфоцитов (сразу убивают немногие зараженные клетки). Поддерживать такие уровни всю жизнь может оказаться сложно, однако в текущей эпидемиологической ситуации целесообразно стремиться к этой цели, с тем чтобы остановить распространение и замедлить эволюцию вируса.

2. Защищают ли аденовирусные вакцины, такие как «Спутник V» или AstraZeneca, от тяжелого течения COVID-19, в том числе варианта «дельта»?

Да, защищают.

В случае доминирующего сейчас варианта «дельта» — примерно на 90%. То есть вероятность тяжелого течения заболевания снижается примерно в десять раз. Об этом говорят данные по вакцине «AstraZeneca», очень близкой по своему действию к «Спутнику V». Данные по московским больницам несколько противоречивые, но в целом, видимо, эффект от «Спутника V» сходный.

Защита от факта инфекции, вероятно, несколько выше и продолжительней для мРНК-вакцин — за счет амплитуды В- и Т-клеточного ответа. Однако суть иммунного ответа (пункт 1А) аналогична, и в плане защиты от тяжелого течения аденовирусные вакцины если и уступают, то несущественно.

3. Защищают ли аденовирусные вакцины, такие как «Спутник V» или AstraZeneca, от распространения COVID-19 в популяции, в том числе варианта «дельта»?

Да, защищают. Возможно, эффективность аденовирусных вакцин в этом аспекте несколько уступает мРНК-вакцинам, дающим более высокую амплитуду и продолжительность иммунного ответа. Причины описаны в пункте 1В. Однако это не значит, что мРНК-вакцины лучше. Покажет время. Но они чутка посильнее.

4. Следует ли России закупить мРНК-вакцины и предложить населению?

Да. По многим причинам:

  • У населения должен быть выбор. По различным соображениям (научным, медицинским, личным) многие предпочли бы вакцинироваться мРНК-вакциной. Это повысит охват населения и доверие к системе здравоохранения в целом.
  • мРНК-вакцины дают несколько более надежную защиту с точки зрения популяционного иммунитета.
  • Конкуренция – это хорошо для отечественного фармрынка.

Примерно по тем же причинам следует поддерживать развитие биотеха в стране в целом и развитие мРНК-вакцин в частности. Помимо вирусных инфекций, это также фактически единственный тип вакцин, который сегодня подает надежды в онкологии.

5. Существуют ли способы приобрести долговременный В- и T-клеточный иммунитет к COVID-19?

Возможно, да. Например, на определенное время нас, видимо, защитят такие комбинации:

  • заболевание в легкой форме, через ~3–8 месяцев — «Спутник Лайт»;
  • «Спутник V» (оба компонента), позже — заболевание в легкой форме;
  • «Спутник V» (оба компонента), через ~5–8 месяцев — «Спутник Лайт»;
  • «Спутник Лайт» + мРНК-вакцина;
  • мРНК-вакцина + «Спутник Лайт»;
  • мРНК-вакцина + мРНК-вакцина.

Вывода тут два, хотя он примерно один:

  • если вы уже болели – нужно привиться, как минимум один раз, а дальше никто пока не знает;
  • если не болели – нужно привиться, как минимум два раза, например, с интервалом в шесть месяцев, а дальше опять никто не знает.

6. Правда ли, что аденовирусная вакцина — «одноразовая»?

Судя по всему, нет, всё больше информации по эффективности бустирующего эффекта («буста») при последующих вакцинациях.

7. Вакцинироваться через шесть месяцев после заболевания в легкой форме – разумно?

Да. Конкретная озвученная где-то цифра в шесть месяцев не имеет четкого статистического обоснования, но таковое мы получим нескоро. Совокупная информация о повторных и даже о двойных повторных заболеваниях, титрах антител, доступности вакцин, целесообразности ревакцинации как таковой, простота восприятия простой цифры — говорят о разумности интервала в шесть месяцев применительно к текущей ситуации.

8. Нужно ли вакцинироваться как можно чаще, например ежемесячно?

Нет. Иммунная система в результате уйдет в анергию (откажется перманентно активироваться на одно и то же).

9. Что лучше с точки зрения формирования долговременного иммунитета — переболеть в легкой форме и вакцинироваться или наоборот?

  • Во-первых, выбирать не приходится, так как без вакцинации высока вероятность переболеть в тяжелой форме или погибнуть.
  • Во-вторых, вероятно, лучше сначала прививка, так как в этом случае В-клеточный ответ будет сфокусирован на S-белке. А это скорее хорошо. Иммунная система вообще-то сама заранее не знает, антитела против какого вирусного участка окажутся нейтрализующими. И в целом она всегда балансирует, выбирает разные клоны для ответа. Если мы можем указать ей на верную мишень — это правильно. В ходе заболевания в дальнейшем антительный ответ также скорее будет направлен на эту мишень. Это правильный «импринтинг».

10. Для невакцинированного — сопоставимы ли последствия инфекции и вакцинации?

Нет. Вероятность смертельного исхода или тяжелых последствий для здоровья в случае инфекции выше на три порядка.

11. Разумно ли отсидеться и не прививаться, пока все вокруг это сделают?

Нет.

  • Во-первых, вокруг вас такие же эгоисты (это не ругательство, а свойство человеческой натуры), и, рассуждая так, мы все окажемся одинаковыми дураками (а это уже ругательство, но что делать).
  • Во-вторых, популяционный иммунитет останавливает распространение только единовременной вакцинацией >80% населения мРНК-вакцинами, как это почти произошло в Израиле (60% вакцинированных). В России это произойдет нескоро, и вы не пересидите.
  • В-третьих, вирус эволюционирует и будет иногда пробулькивать даже в таких условиях полной вакцинации.

12. Нужно ли вакцинироваться молодым?

Да.

  • Во-первых, плевать на старшее поколение – это бесчеловечно.
  • Во-вторых, эволюционирующий вирус уже добрался и до молодых в плане тяжелого течения, и этот тренд, весьма вероятно, будет продолжен.

13. Стоит ли опираться на уровень антител?

В плане оценки личной защиты — только косвенно. Наша защита состоит не только из антител, см. пункт 1А. При этом не все детектируемые антитела нейтрализующие, а все тесты разные.

При грамотном мониторинге в динамике можно отследить выраженный подъем уровня антител через месяцы после перенесенной инфекции или вакцинации, что может указывать на бессимптомно перенесенную инфекцию, послужившую естественным «бустом». Однако стандартизовать такой мониторинг и использовать его для принятия решений непросто.

В популяционных исследованиях, оценке эффективности вакцин, степени сформированности популяционного иммунитета — да. При понимании, что снижение титров — это нормально и не означает полную потерю защиты (пункт 1А). Долговременная защита может быть выражена относительно низкими титрами или даже вовсе не детектироваться на уровне антител.

14. В будущем – потребуется ли ежегодно прививаться новыми вакцинами по ходу эволюции вируса?

Возможно – да. Возможно – нет, если окажется, что в целом накопленная память В-лимфоцитов способна самостоятельно адаптироваться, а также существуют Т-клетки памяти против консервативных эпитопов, от которых COVID-19 уйти не сможет, и число тяжелых случаев сойдет на нет.

15. Может ли неудачная вакцина привести к более тяжелому течению вирусного заболевания?

Да. Неверный тип вызванного вакциной Т-клеточного ответа (не путать с ADE, риск которого пока никак не подтвердился) может усугубить тяжесть заболевания . Это заведомо не относится к имеющимся аденовирусным («Спутник V», AstraZeneca) и мРНК-вакцинам, для которых:

  • проведена третья фаза и ведутся расширенные исследования, накоплен значительный опыт;
  • показан верный тип Т-клеточного иммунного ответа (Th1).

Однако в целом необходимо с осторожностью относиться к новым типам вакцин, отслеживать индуцируемые типы антиген-специфичного Т-клеточного ответа (Th1/Th2/Th17 etc).

16. Обесценивает ли эволюция вируса наши усилия по вакцинации?

Нет.

  • Во-первых, несмотря на математическое снижение эффективности нейтрализации, эти антитела по-прежнему нас защищают.
  • Во-вторых, В-лимфоциты памяти, кое-как узнающие S-белок предыдущего варианта, быстро дообучатся на новом варианте — они умеют это делать очень хорошо.
  • В-третьих, вакцинация формирует память Т-лимфоцитов против множества эпитопов S-белка. От них от всех оно быстро не упрыгает.

17. Может ли вакцинация дать импринтинг, при котором ответ на будущие эволюционирующие штаммы COVID-19 будет менее эффективным?

Нет, это крайне маловероятный сценарий. С приходом новых эволюционирующих волн COVID-19 В-лимфоциты будут дотачивать свои антитела, см. предыдущий пункт.

18. Может ли вакцинация дать импринтинг (закрепление), при котором ответ на будущие иные коронавирусные инфекции будет ослаблен?

Этот сценарий невозможно полностью исключить, однако он также очень маловероятен. Сегодня есть текущая задача справиться с имеющейся заразой. И параллельно научиться – к следующей инфекции такого уровня опасности мы подойдем уже с совершенно другим арсеналом защитных инструментов.


© Источник: Фармпром.рф

Размещенные на настоящем сайте материалы носят информационный характер и не являются рекламой производителя и выпускаемых им лекарственных препаратов. Информация, представленная на сайте, предназначена для просмотра только совершеннолетними лицами. В случае возникновения нежелательных явлений на фоне приема препарата или претензий по его качеству просьба сообщить в компанию АО «Пептек». Вы также можете обратиться на страницу обратной связи по фармаконадзору. Регистрационный номер ЛС-001438 от 23.09.2011 г. ​​​​​​Дата переоформления: 17.08.2020 г. Свидетельство на товарный знак № 154238, 154239. Данный веб-сайт использует собственные файлы cookie, чтобы сделать его посещение  более удобным, о чём мы информируем, согласно /RGPD/ - Европейского регламента о защите данных потребителей.  Если вы продолжите пользоваться нашими услугами, мы будем считать, что вы даёте согласие на использование файлов cookie.
Политика конфиденциальности.
Акционерное общество «Пептек»
119571, Россия, Москва, пр-кт. Вернадского, д. 94, корп. 2, оф. 2008